[identity profile] gayaz-samigulov.livejournal.com posting in [community profile] uralhistory
Эта статья посвящена, как ясно из названия, земледелию населения нашего края в XVII-XVIII вв. Точнее, некоторым довольно интересным моментам, которые обнаружились при изучении материалов XVIII в.

Статья опубликована: Экология древних и традиционных обществ: сборник докладов конференции. Вып. 4. Тюмень: Изд-во ИПОС СО РАН, 2011. С. 321–324
Статья под катом


Г.Х. Самигулов
Южно-Уральский государственный университет
Россия, Челябинск
К ХАРАКТЕРИСТИКЕ ЗЕМЛЕПОЛЬЗОВАНИЯ ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКОГО
НАСЕЛЕНИЯ ЮЖНОГО ЗАУРАЛЬЯ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII В.

Изучение истории времен относительно недавних постоянно приносит нам новые открытия, чаще небольшие, но от этого не менее интересные. Работая с материалами по истории Южного Зауралья XVII–XVIII вв., я поймал себя на том, что не совсем понимаю некоторые вещи – довольно часто в документах упоминается о том, что «земля выпахалась». При этом срок существования деревень, жители которых сетуют на истощение земли, исчисляется вовсе не веками, обычно речь идет о 20–30 гг. Мы все знаем, что трехпольная система земледелия стала обычным явлением в России с XVI в. При трехпольной системе столь быстрое истощение земли мало вероятно, по крайней мере, на хороших землях лесостепной зоны Южного Зауралья. Рассматривая систему земледелия Московской Руси XVI в. Н.А. Рожков отмечал, что для практически всей территории Центральной России этого времени характерна трехпольная система севооборота, но к концу века во многих уездах наступает упадок земледелия и, зачастую, переход к переложной системе [Рожков, 1899, С. 66–67]. При этом он выделял земли, которые распахивались «наездом»: «Пахать землю наездом» – значило эксплуатировать ее неразсчетливо, хищнически, без правильного севооборота, истощая почву» [Рожков, 1899, С. 64]. В предлагаемой заметке речь идет о веке XVIII, документы показывают, что трехпольная система вовсе не для всех была «за обыкновение».
Начнем с цитат из «сказок» крестьян Багарятской и Арамильской слобод, записанных в 1745 г. «в прошедших де давных годех тому будет больше сорока лет, перешед из Багаряцкой слободы за недовольством пашенных земель и сенных покосов, собою без отводу поселились оною деревнею над рекою Синарою, сначала немногим числом; и пашни и покосы имели на сей стороне вверх по Синаре верстах в шести годов с десять и больши; и когда людей прибыло и ныне имеютца уже тритцать три двора, то за малостию оных пашен и покосов и за выпаханною землею присвоили и за рекою Синарою по течению на правой стороне к озеру Пороховому верст на шесть тому уже лет з дватцать и больше» [ГАСО. Ф. 24. Оп. 3. Д. 1092а. Л. 271]. «В прошедших де давных годех тому будет больше сорока лет перешед из Багарятской слободы за недоволством пашенных земель и сенных покосов собою без отводу поселились оную деревнею над озером Игишем сначала нмногим числом и пашни и покос имели около оного озера годов з десять и больше и когда людей прибыло и ныне имеетца уже 17 дворов то за малостию оных пашен и покосов и за выпаханною землею присвоили и за рекою Синарою к озеру Пороховому верст на шесть обще Коневской крепости с крестьяны тому лет з дватцать и болши» [ГАСО. Ф. 24. Оп. 3. Д. 1092а. Л. 271].
Служилые мещеряки, обращаясь в 1742 г. с просьбой отвести им землю, также использовали в качестве аргумента истощение земли: «…а в пашенных землях и сенных покосах имеют они мещеряки великое оскудение ибо живут на башкирской земли с которой платят им оброк да и та весма выпахалась и хлеба не родит чего ради пахотою и сеном довольствоваться и пропитание иметь им не от чего» [ОГАЧО. Ф. И-115. Оп. 1. Д. 106. Л. 15].
В общем-то подобная ситуация истощения земли вполне возможна при трехпольной системе, когда поля не удобряются, но все же есть основания предполагать и другую причину. В одном из указов Исетской провинциальной канцелярии 1744 г. довольно подробно объясняется как нужно организовывать трехпольную пашню, более того, указывается, что это не первый такой документ. Приведу большой фрагмент документа, поскольку убежден, что документ информативнее и, если угодно, красноречивее комментария или интерпретации: «хотя посланными пре[дпрошед]шем 741 году августа 31 дня из Исетской правинциалной канцелярии в крепости указами и подтверж[де]но чтоб всякой скот в летнии время име[ть] за пастьбою а а пашню пахать казакам раздельно на три поля так чтоб в первом поле яровой хлеб а в другому рожь а третье на перемену б[ыло б] у всех споряд но как ныне в Чилябинской усмотрено что лошади и другой скот отпускаютца в поле бес [па]стухов а пашни роспаханы не токмо чтоб у всех было споряд но и у одного в разных местах и друг от друга не в близости и ежел /от чего боже сохрани/ какой будет неприятелской воровской подбег хотя малыми людми то по разнице каждого лехко могут к себе в руки получить и до смерти побить без всякого супротивления а протчие того ниже увидят но не услышат и помощи никакой ко обороне под оному иметь не могут и для того ныне паки подтверждаетца чтоб против нижеписанного чтоб против нижеписанного неотменно чинено было: … по вы[ше]означенным августа 31 указом буде в ка[кой] крепости церковником или казакам пашенной з[емли] доныне еще было таким образом как в тех […] указех было изображено и рисунки при них пок[азаны] доныне еще не отведено то ныне неотменно про[тив] того отвесть в трех полях для собственной пашни всем споряд в каждом поле и каждому казаку по десять десятин отмерив в длину двести пятдесят а поперег сто сажен и числить каждую десятину в обе стороны по пятидесят сажен и кому где отведено будет то б оные в тех местах земли и распахивали а буде казаки по здешному обычаю того не пожелают то тех отводов им хотя и не чинить но отвесть три поля и пахать против обыкновения русских городов чтоб где яровой хлеб то б в том поле рожь сеяна не была а в коем рожь посеетца в том ярового не сеять и тако для выпуску скота будет толока и для того разводу выбрать казаков тех кои русских городов и знают русское в пашне обыкновение ис каждой сотни человека по два и тако: будут как пахать под вешней и осенней посевы так и по урожае снимать хлеб все споряд друг от друга неподалеку // и ко обороне себя от воровских подбегов все в скорости соединитца и отпор дать смогут и хлеб сеять таким порятком которого летнем одном поле был яровой хлеб на оном в другое лето сеять рожь а ярового уже не сеять а сеять яровой на том поле в прошлом лете [пар?] и по исполнении против вышеписанного в Ысецкую правинциалную канцелярию немедленно репортовать а ежель впредь усмотритца что и за сим определением против вышереченного исполнено не будет за оное как сотники старшины атаманы так и командующие казаками будут жестоко […] наказаны и в Мияской крепости ротному картермистру Стрюкову о том чинить по сему ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА указу и в протчие крепости об оном же указы посланы» [ОГАЧО. Ф. И-63. Оп. 1. Д. 1. Л. 316–318 об.].
Ситуация довольно парадоксальна – провинциальные власти в середине XVIII в. указом предписывают вести трехпольный севооборот, который вроде как уже являлся неотъемлемой чертой хозяйства… О том, что нарушение трехпольной системы было явлением массовым, свидетельствует фраза из документа о необходимости найти на каждую сотню казаков которые знают «русское в пашне обыкновение». Так же из документа ясно, что трехпольная система («отвесть три поля и пахать против обыкновения русских городов чтоб где яровой хлеб то б в том поле рожь сеяна не была а в коем рожь посеетца в том ярового не сеять и тако для выпуску скота будет толока») действительно называется обычной для России, только вот здесь была уже не «Русь», а «Сибирь». Похоже, обилие земли избаловало здешних крестьян и они просто выпахивали участок до его истощения, а потом переходили на новое место. Есть очень интересное замечание П.С. Палласа о том, как расчищали участки под пашни: «Прочая часть дороги до Чебаркульска (от Кундравов – Г.С.) заключала березами обросшее поле, по коему многие места для пашен приуготовляемы быть начинали. Сие делают таким образом: березовый пень обрубают близ земли кругом, от чего дерево в следующий год засохнет, а через шесть или восемь лет згниет и наконец от ветру повалится: тогда сжегши оное обращают земли в пашню» [Паллас, 1786, С. 154]. Паллас был несколько шокирован таким расточительством, заметив, что в других местах лесом весьма дорожат. Скорее всего, Паллас отметил подготовку участков под «новины», т.е. новую распашку, но характерно здесь то, что участок начинали готовить задолго до того, как в нем возникнет надобность. Возможно, казаки распахивали поле до истощения почвы и переходили на новый участок, благо земли хватало – каждой крепости были отведены более чем солидные территории, достаточно сказать, что отводы Чебаркульской, Челябинской, Миасской и Еткульской крепостей смыкались [Самигулов, 2011, С. 79]. Население этих крепостей составили выходцы из тех самых слобод Зауралья, население которых, в свою очередь, формировалось за счет переселенцев из Поморья и Верхнего Прикамья и, частично, Поволжья [Дегтярев, 1996; Менщиков, 2004; Самигулов, 2005].
Можно предположить, что, переселившись в Зауралье, выходцы с Русского Севера и Прикамья, да и из других районов России постепенно отказались от трехпольной системы в связи с обилием «свободных» (с точки зрения земледельца, но вовсе не местных жителей) земель. Возможно, что возвращение к переложной системе изначально было спровоцировано бедными, быстро истощавшимися почвами северных районов Среднего Зауралья, откуда началось русское расселение (Верхотурье, Невьянская и Тагильская слободы и т.д.). Затем просто выяснилось, что проще распахать новый участок, чем заботиться о поддержании плодородия старого. Не претендую на истинность моих выводов (предположений), полагаю, что приведенный выше фрагмент указа Исетской провинциальной канцелярии сам по себе является вполне ценным источником для характеристики ситуации землепользования в Зауралье XVIII в., а возможно и более раннего времени.
ГАСО. Ф. 24. Оп. 3. Д. 1092а.
Дегтярев И.В. Челябинская старина. – Челябинск, 1996. – 120 с.
Менщиков В.В. Русская колонизация Зауралья в XVII–XVIII вв.: общее и особенное в региональном развитии. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2004. – 200 с.
ОГАЧО. Ф. И-115. Оп. 1. Д. 106. Л. 15
ОГАЧО. Ф. И-63. Оп. 1. Д. 1.
Петра Симона Палласа Путешествие по разным местам Российского государства по повелению Санкт-Петербургской Академии наук. Часть вторая. Книга первая. 1770 год. – СПб, 1786. – 505 с.: ил.
Рожков Н.А. Сельское хозяйство Московской Руси в XVI веке. – М., 1899. – IV, 511 с.
Самигулов Г.Х. Некоторые аспекты формирования русского населения Зауралья XVII-XVIII вв. // Этнодемографические процессы на Севере Евразии. Вып. 3. Ч. 2. – Москва – Сыктывкар, 2005. – С. 127-140.
Самигулов Г.Х. От Далматова монастыря до Чебаркульской крепости. – Челябинск: ЧПО «Книга», 2011. – 280 с.: ил.

Список сокращений:
ГАСО – Государственный архив Челябинской области
ОГАЧО – Объединенный государственный архив Челябинской области

Profile

История Южного Урала

January 2013

S M T W T F S
  1 2345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 03:43 pm
Powered by Dreamwidth Studios